Вина не должна быть больше умысла и меньше поступка.
© В.М. Фрайда
27 апреля 2021 года в Гатчинский городской суд Ленинградской области поступило уголовное дело по обвинению С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, а именно в совершении покушения на убийство, то есть умышленных действий лица, непосредственно направленных на умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.
Однако,09 декабря 2021 года приговором Гатчинского городского суда Ленинградской области С. был осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111УК РФ, то есть умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Так С., находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, умышленно нанес Г. не менее 3 ударов кулаком в область лица, а затем нанес ему же не менее 2 ударов ножом в область грудной клетки и головы, используя данный нож в качестве предмета, используемого в качестве оружия, после чего выбросил ножи нанес Г. не менее 3 ударов кулаком по лицу, причинив последнему повреждения в виде: колото-резаного ранения правой половины грудной клетки, проникающего в правую плевральную полость, без повреждения легочной ткани с развитием пневмоторакса и подкожной эмфиземы правой половины грудной клетки и шеи, которое по признаку опасности для жизни человека, квалифицируется, как причинившее тяжкий вред здоровью; резаного ранения щечной области слева, сопряженного с кратковременным расстройством здоровья на срок менее 21 дня и квалифицирующееся, как причинившее легкий вред здоровью.
Свою вину С.признал полностью, раскаялся в содеянном, от дачи показаний в судебном заседании отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, при этом подтвердил правильность своих показаний, данных в ходе предварительного следствия, уточнил в судебном заседании, что умысла на убийство Г. не имел, с последним длительное время знаком, ранее конфликтов между ними не происходило, факт причинения ножевых ранений и ударов потерпевшему не отрицал, в произошедшем очень раскаивался. Указал также, что именно состояние алкогольного опьянения спровоцировало совершение им преступления, так как если бы находился в трезвом состоянии, никогда бы такого не совершил.
Помимо полного признания подсудимым своей вины, его вина была подтверждена исследованными в суде доказательствами: показаниями потерпевшего Г., который показал, что ничего не помнит, так как находился в сильном алкогольном опьянении, но до этого у него с С. не было конфликтов. Показаниями свидетеля А. о том, что когда С. увидел лужу крови, он остановился, крикнул ей, чтобы она вызвала скорую помощь, а сам начал укладывать Г. на кровать, а также подтверждается показаниями свидетелей Л., Р., Р2, и Н. и другими письменными материалами дела.
В судебном заседании государственный обвинитель просила переквалифицировать действия С. с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, так как полагала, что в ходе судебного следствия на основе исследованных доказательств достоверно не установлен прямой умысел подсудимого С. на убийство потерпевшего Г.
Суд согласился с обоснованным мнением государственного обвинителя, поскольку покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. Покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть, когда по обстоятельствам дела виновный сделал все возможное для достижения своей цели по лишению жизни потерпевшего, однако смерть последнего не наступила по не зависящим от него обстоятельствам.
Тогда как из материалов дела следовало, что С. последовательно в ходе всего предварительного расследования и в судебном заседании отрицал наличие у него умысла на убийство Г., а сам по себе факт нанесения удара ножом в область грудной клетки, при отсутствии иных объективных доказательств, подтверждающих умысел на причинение смерти потерпевшему, о наличии у подсудимого прямого умысла на убийство не свидетельствует. Потерпевший после нанесенных ударов был в той же комнате до приезда скорой помощи вместе с подсудимым, что не препятствовало последнему, при наличии у него умысла на убийство, довести его до конца, поскольку в результате примененного насилия потерпевший сопротивления ему не оказывал. Но С. увидев лужу крови остановился, просил вызвать свидетеля А. скорую помощь, а сам стал укладывать Г. на кровать. С места преступления не скрывался. При вышеуказанных обстоятельствах, на основе исследованных доказательств достоверно не был установлен прямой умысел подсудимого С. направленный на убийство потерпевшего Г. При этом на основании исследованных судом доказательств, суд посчитал полностью доказанной вину подсудимого С. в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.
При назначении наказания подсудимому суд учел характер и степень общественной опасности совершенного С. тяжкого преступления, наличие обстоятельств, смягчающих и отягчающих его наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, а также данные о личности подсудимого, который на момент совершения преступления не был судим, на учете в психоневрологическом диспансере не состоял, состоял на учете у нарколога с 2011 года в связи с зависимостью от алкоголя, по месту жительства участковым характеризовался удовлетворительно.
Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого С. суд признал полное признание им своей вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, состояние здоровья С., имеющего ряд хронических заболеваний, оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, при этом отягчающим наказание подсудимого С. обстоятельством суд признал совершение последним преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, которое повлияло на его эмоциональное состояние и способствовало совершению преступления.
Суд признал С. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком 3 (три) года, условно с испытательным сроком 3 (три) года 6 (шесть) месяцев. Также на С. были возложены дополнительные обязанности: встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденного по месту проживания, являться на регистрацию не реже одного раза в месяц, не менять постоянного места жительства, в течении 3-х месяцев после вступления приговора в законную силу обратиться к врачу-наркологу и при необходимости пройти курс лечения от алкоголизма.
Осужденным С., потерпевшим, иными заинтересованными лицами приговор Гатчинского городского суда Ленинградской области не был обжалован и вступил в законную силу 21 декабря 2021 года.
Расследование уголовного дела заканчивается составлением следователем обвинительного заключения или акта, в котором описывается преступное деяние и дается квалификация содеянному в соответствии с УК РФ. Однако на практике могут возникнуть обстоятельства, ранее не известные следователю, в связи с чем, появляется необходимость квалифицировать действия лица по другой статье УК РФ. В таком случае государственный обвинитель на основании ст. 246 УПК РФ или суд по собственной инициативе при вынесении итогового решения по делу могут переквалифицировать предъявленное обвинение, при этом переквалификация обвинения может быть исключительно в сторону смягчения, что в данном случае и произошло при вынесении приговора в отношении С.
Помощник судьи Гатчинского городского суда Ленинградской области
Степанова С.А.
